ВЗГЛЯД. Сайт Болградской епархии РПЦЗ.
  Доклады
 
 
 
 
 
 
 
 
           
                                         Церковные каноны и современный пастырь.
 
    Дорогие отцы! Тема моего сообщения звучит так: "Церковные каноны и современный пастырь". Патриарх Феодор Вальсамон, воскликнул: «Определенья канонов — для верного новое солнце!».  
 
    Действительно Церковные каноны показывают нам, совершенный образ Церкви. Каноны — это икона Церкви, то, какой она должна быть. Однако следует заметить, что в XIX-XX веках мир расцерковился и значительная его часть с гордостью теперь называет себя постхристианской. Вследствие этого сбывшегося факта, мы оказались в очень непростой ситуации, потому что в Церковь приходят люди самые разные, совершившие серьезные грехи и ошибки в своей жизни. Естественно теперь, современный священнослужитель, часто, на практике, оказывается в затруднительном положении в смысле пастырского умения сочетать евангельскую милость и каноническую строгость в деле окормления паствы. К сожалению в пастырском душепопечении наблюдаются две крайне опасные ошибки - это чрезмерная строгость или чрезмерная снисходительность, все эти ошибки происходят от неправильного отношения к церковным канонам. Поэтому, вопрос о том, почему в реальной церковной жизни не в полной мере, по строгости и буквально, соблюдаются какие-либо церковные правила, для современного пастыря очень важен и подводит нас к обширной теме церковной икономии, принципы которой в области душепопечения описаны в 102 правиле Трулльского Собора. Но об этом немного позже.  
 
    Все православные христиане призваны жить в Господе, и во всём, что бы мы ни делали, во всех наших устремлениях главной целью должна быть жизнь во Христе. Поэтому и то, что клирики делают с благословения архиерея, как представители Церкви, во время исповеди, применяя церковные каноны, должно преследовать одну главную цель — являть миру Христа.
 
Оттого пастыри и вся церковная судебная система должна действовать в духе Христовом, ведь задача закона и суда в свете Евангелия — не логическое обоснование и юридическое удовлетворение, а применение лекарства Христова. Поэтому Авва Русской Зарубежной Церкви митрополит Антоний (Храповицкий) часто повторял своим ученикам о том, что каноны - это живая, а не мертвая материя.
 
   102 правило Трулльского собора говорит, что лица, наделённые пастырской властью, должны знать сложную природу греха: главная задача пастыря — привести обратно заблудшую овцу, исцелить укус змеи. Хотя данный канон говорит преимущественно о таинстве покаяния, мне кажется, что он очень хорошо формулирует цель церковных канонов. Здесь вполне уместно привести рассказ из патерика, в котором одного монаха, павшего и вернувшегося в монастырь, иноки изгнали, сказав, что он теперь не годится к монашеской жизни. Авва Антоний укорил их: «Корабль претерпел крушение и потерял свой груз. С большим трудом этот корабль достиг пристанища, а вы хотите потопить и то, что спаслось от потопления!» — и иноки с радостью приняли брата.
 
    В связи с выше сказаным следует также заметить, что иерархи РПЦЗ всегда старались действовать, когда это нужно было, в духе икономии, в святоотеческом понимании, принимая те или иные решения и постановления церковные. Так на Архиерейском Соборе РПЦЗ 1956 г. в связи с отчетом архиепископа Иоанна Западно-Европейского, митр. Анастасий с особенной ясностью высказался об икономии, как о церковной пользе, "...принцип икономии всегда соблюдался в Церкви. Его цель спасать человека, а не отталкивать. Никакой закон и правила не могут обнять все многочисленные случаи церковной практики. Потому и установлен принцип церковной икономии, т.е. церковной пользы. Поэтому, каждый епископ должен руководствоваться в затруднительных случаях этим общим принципом". (СА, Архиерейский Собор 1956 г., Протокол № 15, 6/19 окт., с. 10).
 
  Итак, не логическое обоснование и юридическое удовлетворение, а применение лекарства Христова - это и есть принцип понимания канонов и их применения, потому что единственная цель канонов и надлежащего порядка в Церкви - привести обратно заблудшую овцу, исцелить "укус змеи", спасти человека, а не отталкнуть.
 
   Святитель Иоанн Златоуст говорит:"Вы слышали, конечно, о милосердии Владыки, который... Петру изрёк такие слова:"дам ти ключи царства небесного"(Мф.16.19)? Кому простишь грехи, простятся, а у кого удержишь, удержатся... Почему же не дал Он Иоанну, который припадал к груди Владыки, имея несомненный знак любви? Почему не дал Иакову, которому первому отрубили голову?... Не даёт ключей Иакову, не даёт ключей Иоанну, не даёт иному кому-нибудь из апостолов, свободных от греха, но избирает Петра - по своему человеколюбию. Так как именно Пётр, прежде чем запел петух, впал в грех прежде других, то именно поэтому никому другому из безгрешных учеников Господь не доверил ключей от царства небесного, но вручил их Петру, чтобы он, когда увидит кого-нибудь покаявшимся в согрешениях и освободившимся от них покаянием и желающим войти в царство небесное, вспомнив о своём падении, сделался помощником ему во спасение".(Беседы на Еванг. от Иоанна. Том 2. стр. 986. Издание 1993г). А в другом месте Златоустовы уста нас поучают: "Мудрые врачи не за один раз вылечивают тех, кто впал в тяжкую болезнь, но постепенно, чтобы они не ослабели и не умерли" (Толкование на Послание к галатам, гомилия IV, 19).
 
Таким образом, Святые отцы научили нас, православных пастырей, при полном самоосуждении себя, сочетая строгость и икономию, которые св. Никодим Святогорец называет "двумя руками Церкви",  сделаться помощниками и врачами во спасение, для кающихся грешников, хотящих войти в Царство Небесное, а не прокурорами и палачами, закониками и фарисеями, по "духу", исполняющих хладнокровно логическое обоснование и юридическое удовлетворение закону.
 
 
 
 
                        Понятие - церковной икономия.
 
  
 
Церковной икономия как Домостроительство Божие.
 
  1.Буквальное значение греческого слова (οικονομια) "икономия" , составленного из греческих слов οικος (дом) и νομος (закон), известно как: "управление домом". В Новом Завете это слово употребляется в переносном смысле Божиего управления Своим домом, т.е. Божиего замысла о спасении сотворенного Им мира, о Божием домостроительстве. Апостол Павел пишет в этом смысле в Послании к Ефесянам: "...открыв нам тайну Своей воли по Своему благоволению, которое Он прежде положил в Нем, в устроении (εις οικονομιαν) полноты времен, дабы все небесное и земное соединить под главою Христом" (Еф. 1: 9-10). В том же смысле употребляется чаще всего слово "икономия" у раннехристианских отцов и учителей Церкви. Священномученик Игнатий, например, пишет к Ефесянам, что "Бог бо наш...был зачат во чреве Марии по Своему устроению (ο γαρ Θεος ημων...εκυοφορηθη υπο Μαριας κατ' οικονομιαν)".
 
Итак, можно сказать, что основной смысл слова "икономия" в контексте канонического права обозначает обязанность церковных руководителей решать церковные вопросы согласно с этим Божиим замыслом, домостроительством о спасении мира, точнее - в духе Божиего человеколюбия, Божией премудрости и Божией воли о спасении человека. Важно отметить, что здесь речь идет не об "исключении из правил", а о цели самих правил, - созидание Божьего дома - Церкви.
 
   Целый ряд правил содержит указания о человеколюбивом или полезном для Церкви их применении, в случаях неполезности буквального их исполнения, в чем можно видеть проявление домостроительных забот Церкви. В этом духе 12-ое правило I Вселенского Собора, постановив правила покаяния (епитимию) для воинов, павших во время гонений, замечает: "Даже позволительно епископу и человеколюбнее нечто о них устроити". Следует отметить, что применять правила не буквально, когда этого требует церковное домостроительство, икономия, принадлежит власти епископской. А 102-ое Трулльское правило предписывает вообще все, положенные св. канонами епитимии налагать не просто по букве, а "мудро управляти человеком (οικονομουντι σοφως τον ανθρωπον)", - с внимательностью к устроению каждого отдельного кающегося, "по достоинству возмеривати ему милосердие". Иоанн Зонара, авторитетнейший из средневековых толкователей св. канонов, в своем толковании на это 102-ое Трулльское правило подчеркивает, что эта икономия пастырей Церкви является не человеческой какой-нибудь, а Божией целью - спасение душ человеческих: "Ибо как у Бога, так и у пастыря душ, пишет Зонара, вся забота и попечение состоит в следующем: заблуждающую овцу возвратить и ужаленную змием исцелить...".
 
  
 
Акривия и церковный обычай
 
   102-ое Трулльское правило излагает еще один, тесно связанный с понятием "икономии", принцип о силе обычая в Церкви: оно замечает, что из соображений мудрой икономии надо следовать в известных случаях не акривии (точности или строгости в соблюдении буквы правил), а обычаю:"Подобает нам и то и другое знать, и требуемое строгостью (τα της ακριβειας) и требуемое обычаем ( και τα της συνηθειας)." Важно отметить, что акривии противопоставляется не икономия, а церковный обычай, -ради икономии. Правило таким образом говорит, что на практике, (т.е. в обычае) допускается отступление от буквы канонических предписаний, ради того церковного созидания, домостроительства, икономии, которой занимаются пастыри Церкви. Святитель Василий Великий в своём 91 правиле подчёркивает значение церковного обычая: "Если будем отрицать, говорит он, неписанные обычаи (τά άγραφα τών έθών) и утверждать, будто они не имеют великой силы (μεγάλην δύναμιν), то мы намеренно умалим значение Евангелия в главных предметах, или, проще говоря, сведем все, что там сказано, на простую игру слов". Замечательно, что даже известными "акривистами", греческими отцами-"колливадами" это Трулльское правило применялось не только по отношению к кающимся грешникам, но и по отношению к обращающимся из ереси еретикам. Один из ведущих отцов-колливадов писал по поводу этого правила: "Оно говорит о том, что подобает нам знать оба, - как пути акривии, так и пути обычая...не только для кающихся, но и для тех, как было показано, кто обращается из ереси".
 
   Чрезвычайно важным для понимания применения церковного обычая - икономии, является вопрос о второбрачии и третьем браке. Прежде всего следует заметить, что в Священном Писании определяются две точки зрения на брак: одна - богословское осмысление замысла Божия о человеке, относящаяся к христианской антропологии, другая - церковное домостроительство, пастырское окормление чад Церкви, требующее ответов на насущные вопросы современной им жизни с учетом духовных и иных возможностей пасомых. В Евангелие утверждается абсолютная моногамия брака, невозможность развода, невозможность разлучения брака, и Церковь с древности всегда стояла на той точке зрения, что брак должен быть единственным. В древности второбрачие понималось как нарушение данного Богом закона об абсолютной верности мужу или жене. Потому что таинство брака понималось как соединение вечное. Если у католиков при юридическом понимании брака, брак теряет свою силу при смерти одного из членов семьи, то при православном взгляде на брак это не может быть так, потому что брак соединяет людей навечно и смерть не имеет силы разрушить этот союз. Если понимать брак иначе, тогда весь взгляд на таинство брака должен быть совершенно иным, таким, как у католиков, или еще каким-то, но не таким, каким он был в Православии изначала. Если же мы смотрим на брак как на вечный союз, тогда требуется и вечная верность друг другу, которая не может быть отменена и смертью. Таким образом, второбрачие в древней Церкви считалось в идеале невозможным.
     Но Церковь всегда обращена к наличной реальности и не заблуждается на тот счет, что в реальной жизни идеал не всегда достижим. Церковь приходит к живым и грешным людям для того, чтобы грешных спасти и сделать их праведными. Нельзя не считаться с тем, что только немногие люди могут принять такую полноту строгости учения Православной Церкви о браке. Подавляющее большинство людей так жить не может. Апостол Павел повелевает вдовам выходить замуж, потому что иначе происходят гораздо худшие нарушения. Гораздо хуже, если эти вдовы начнут жить блудной жизнью. Пусть лучше они снова выходят замуж, рожают и воспитывают детей и живут жизнью семейной. А Святая Церковь, допуская как некоторое несовершенство в жизни христианина, снисходя только немощи человеческой в предохранение от греха, молится Господу о второбрачных: «Владыко Господи Боже наш, всех щадяй и о всех промышляяй, тайная ведый человеческая, и всех ведение имеяй, очисти грехи наша и беззаконие прости Твоих рабов, призываяй я (их) в покаяние... ведый немощное человеческаго естества, Создателю и Содетелю… соедини (их) к друг другу любовию: даруй им мытарево обращение, блудницы слезы, разбойниче исповедание... очисти беззакония рабов Твоих: зане зноя и тяготы дневныя и плотскаго разжжения не могуще понести, во второе брака общения сходятся: якоже законоположил еси сосудом избрания Твоего Павлом апостолом, рекий нас ради смиренных: лучше есть о Господе посягати, нежели разжизатися… никтоже бо бысть безгрешен, аще и един день живота его есть, или кроме порока, токмо Ты един еси плоть носяй безгрешно, и вечное нам даровавый безстрастие».. Святой Иустин мученик, писатель II века, говорит, что «вступающие во второй брак у нашего Учителя (Иисуса Христа) считаются грешными». Василий Великий пишет, что второй брак есть только врачевство против греха. По словам Григория Богослова, «первый брак есть закон, второй — снисхождение». По 17 правилу святых апостолов, «кто по святом крещении двумя браками обязан был, тот не может быть епископ, ни пресвитер, ни диакон». По 7-му правилу Неокесарийского Собора (315 г.), двоеженец имеет нужду в покаянии. Еще более строго смотрит Церковь на третий брак, усматривая в нем преобладающую чувственность. В древности двоеженцу назначалось от 1 до 2-х лет, а троеженцу — от 3-х до 5-ти лет отлучения от Евхаристии. 
 
   Это нисколько не противоречит первохристианскому взгляду на брак, и отсутствие противоречия здесь видно из той церковной дисциплины, которая первоначально здесь употреблялась: Церковь вторые браки не благословляла так, как она благословляла первые, т.е. таинство брака здесь не совершалось церковным обрядом. Это было естественно, потому что таинство брака совершалось через участие в евхаристии, а второй брак воспринимался как грех, как некая уступка плоти, и те, кто выбирал такой путь, подвергались епитимьи, т.е. отлучению от причастия на какое-то время, и естественным образом не могли участвовать в евхаристии. Поэтому церковной полноты брака здесь быть не могло. Строго говоря, Православная Церковь никогда не считала второй брак полноценным браком, равным с первым, с тем единственным браком, который должен быть, с тем идеалом брака, который она утверждала. Тем более строго относилась Церковь к третьему браку. Однако в порядке церковной икономии и третий брак допускался как послабление, нарушение и как брак неполноценный. Но четвертый брак запрещался категорически, он считался уже несовместимым с пребыванием в Церкви.
 
Как же Церковь поступала в случае второго брака? Что же, этот брак Церковью уже никак не воспринимался? Нет, это не так. На тех, кто вступал во второй брак, налагалась епитимья. Они не могли приступить к чаше в течение какого-то времени, может быть, двух, трех лет, но потом, когда срок епитимьи кончался, когда они проходили определенный путь покаяния и вступали на путь подвига христианской жизни, когда страсти улеглись и уже побеждены в какой-то хотя бы степени, и они могли начать христианскую жизнь снова, Церковь их прощала и допускала к причастию, и они жили опять церковной жизнью. Церковь наличную семейную брачную жизнь снова воцерковляла и принимала, но таинства брака не совершала с той полнотой, с какой совершала первый брак. И опять-таки нам это трудно понять, потому что мы мыслим совершенно иными категориями. На нас большое влияние оказало католическое понимание брака, т.е. мы опять спросим: "А где же договор? Где же этот момент магического заключения брака?" Этого не было у первых христиан.
 
   Католичество отрицает развод в принципе, и есть мнение, что Православная Церковь разрешает развод. Так ли это? Нет, это не так, "что Бог сочетал, человек да не разлучает". И никакого разрешения разводиться, никакого развода церковного быть не может в принципе. Есть, правда, слова Христа, которые продолжают уже процитированное мною место "что Бог сочетал, человек да не разлучает". Христос говорит: "Кроме вины прелюбодеяния". В том случае, если один из членов брака изменил, прелюбодействовал, тогда возможен развод, - можно так подумать, но это не так. Не возможен развод, потому что брака уже не существует, брак разрушен, брак как единство исчез. Это единство умерщвлено, ему нанесена смертельная рана. Поэтому Церковь здесь вправе признать, что брака больше нет. Он был совершен Церковью, но его больше не существует. Подобно этому Церковь воспринимает наличные разводы по другим причинам. Церковь и раньше признавала разрушение брака в случае, скажем, психической болезни одного из супругов, когда была невозможна почему-либо супружеская жизнь и, таким образом, не было главного содержания брака, любви, не было единства. Если это единство почему-либо разрушилось, то Церковь признавала, что брака больше нет, и не разрешала развод, а принимала это разрушение брака. Если бывшие муж и жена почему-либо разошлись, потому что разлюбили друг друга или изменили друг другу, одним словом, они разошлись, брака больше нет, Церковь принимает это как факт. Она констатирует этот факт, и в порядке церковного послабления, пастырской заботы о спасении людей идет на уступки человеческой немощи и позволяет иногда второй брак, отнюдь не считая его равноценным первому браку. Такой второй брак не должен быть повенчан так, как первый. Существует чин для второбрачных, и должна быть наложена епитимья, запрещающая приступать к евхаристической чаше таким разведенным в течение определенного времени.
 
 
 
Церковной икономия как церковная администрация.
 
   2. Есть и несколько более узкое применение слова "икономия", в смысле администрации, т.е. управлении делами  церковными. В таком смысле встречается слово "икономия" как у отдельных древних церковных писателей, так и в св. канонах. И в этом применении "икономия" понимается в связи с Божиим домостроительством. Так, Евсевий в своей "Церковной Истории" обозначает словом "икономия" епископское управление Церкви: "Епископ скончался, пишет Евсевий, десять лет управлявший Римской Церковью ( επισκοπος τελευτα, δεκατον της οικονομιας αποπλησας ετος)". В вышеизложенном примере Евсевий имеет в виду православную, полезную для Церкви администрацию, т.е. имеется в виду администрация, соответственная Божией, домостроительной икономии. 2-ое правило II Вселенского Собора в подобном смысле словом "икономия" обозначает любые вообще церковные распоряжения епископов: "...Не быв приглашены, епископы да не преходят за пределы своея области для рукоположе ния, или какого либо другаго церковного распоряжения (μη επιβαινειν επι χειροτονιαις η τισιν αλλαις οικονομιαις εκκλησιαστικαις)". Глаголом οικονομεω (икономео) то же правило обозначает епископскую администрацию церковных дел: "...да имеют в своем ведении дела...Фракийские [епископы] токмо Фракии... (...τους της Θρακης, τα της Θρακης μονον οικονομειν..." Опять-таки, и здесь "икономия" связана с церковным созиданием, домостроительством, т.к. речь идет о распоряжениях епископов, напр. хиротониях, которые необходимы для развития Церкви.
 
 
 
Церковной икономия как благоразумие и
 
предусмотрительность.
 
 3. Встречается еще применение термина "икономия" в смысле благоразумия, предусмотрительности. Однако и в этом значении встречающееся слово "икономия" приписывается отцами только действиям самых высоких образцов для подражания: Самому Христу, Апостолам, Святителям. Пример предусмотрительной икономии преподал нам Спаситель. Согласно справедливому суду Божиему, род человеческий заслуживает смерти (об Адаме сказано: "смертию умрете"), но по долготерпеливой и милостивой икономии Сын Божий претерпел смерть, чтобы избавить нас от рабства и гибели. Диавол же осужден и предан вечной анафеме вместе со всей его ложью и ересями. " Князь мира, которому мы предались, заповеди Твоей не послушавшись, Крестом Твоим, осужден; ибо он, напав на Тебя, как на смертного, пал от мощи Твоей власти и изобличен в бессилии" (октоих гл.2). В другом месте Ориген пишет о том, что Богомладенец-Христос при бегстве в Египет "...с благоразумием уклонился от опасностей (μετ' οικονομιας περιισταμενον τους κινδινους), не сталкиваясь с ними...". И тут же Ориген подчеркивает, что такая икономия Спасителя обуславливалась " намерением и желанием ... людям принести пользу". Т.е. речь идет опять о церковном созидании, о домостроительстве. В похожем смысле замечает Св. Иоанн Златоуст об Апостоле Павле, касательно слов последнего: "Бых Иудеем яко Иудей... (I Кор. IX, 20.)", - что совершение Апостолом Павлом обрезания было икономией: "Он обрезывал для того, пишет св. Златоуст, чтобы уничтожить обрезание. Потому не сказал: Иудей, но "яко Иудей", так как это было икономией (οπερ οικονομια ην.) В Синодальном переводе стоит: так как это было с преднамеренною целью)". И эта "икономия" Апостола Павла обусловлена созиданием, приобретением Церкви, как сам Апостол тут же поясняет: "Бых Иудеем яко Иудей, да Иудеев приобрящу". Необходимо полагать, что "предусмотрительность" пастыря, ведущую не к приобретению или созиданию, но к разрушению или умалению Церкви, икономией в святоотеческом смысле назвать нельзя. Итак, мы, православные пастыри должны стараться вывести из уз греха всех тех, кого ещё возможно вывести.  
 
  Итак, из вышеприведённых примеров можно определить некоторые критерии для правильного понимания и применения термина "икономия". Прежде всего, следовало бы внести небольшую поправку в привычное представление об "икономии", как о некоем упразднении или послаблении канонов, противопоставляемом "акривии". Икономия, как церковное созидание, домостроительство, есть основная задача канонических правил, т.е. не есть средство, а цель канонов. Таким образом "икономия" Православной Церкви не тождественна понятию католической "dispens", по которой церковная власть может "снять с человека обязательство" исполнять церковный закон. Такого выхода из церковных правил Православная Церковь не ищет, т.к. правила не содержат Церковь в оковах, а наоборот, - являются обладаемыми Церковью, так сказать, орудиями производства. Таким образом икономия не выходит из правил, а созидательно их применяет, cогласно созидательной задаче самих правил, - и никак не в противовес им. Выражаясь точно, можно из соображений икономии (напр. "ради назидания многих") в ином случае применить и акривию. В святоотеческих источниках, как было показано, первоначально акривия противопоставляется не икономии, а обычаю, т.е. практике, которая нередко отступает от теории.
 
Из вышеприведенных примеров можно ещё определить, чем обуславливаются подобные отступления от буквы правил, а именно пользой, развитием, приращением Церкви. Из такого созидательного понимания "икономии" вытекает, что отступление от учения Церкви, от Истины в соображениях икономии невозможно, т.к. умаление, разрушение фундамента Церкви,- Истины - противоречило бы основному значению икономии, - созиданию. Потому, как мы видели, св. отцы могли ради "икономии" отступать лишь от внешней формы правил или даже таинств, но не от самой Истины, к которой они стремились привлечь - и спасти которой желали - как можно большее число душ человеческих. Решение же того, какие действия оправдываются соображениями "икономии", какие - не оправдываются принадлежит, как выше сказано (см. 12-ое пр. I Всел. Собора), власти и совести епископской. 
 
  
 
                                Заключительная часть.
 
 
   В конце своего доклада представляю Вашему вниманию ещё один, из многих, случай из истории Церкви. Вот выдержка из Жития святого отца, участника Второго Вселенского Собора и возглавителя борьбы против ереси Македония, Святителя Амфилохия, епископа Иконийского, каким образом сей святитель был посвящен в епископский сан:
 
"Когда скончался епископ церкви Иконийской, Ангел Господень явился Амфилохию (он был на этот момент простым иноком -- ieleonid)) ночью и сказал, чтобы он шел в город и пас духовных овец; но Амфилохий не решился идти. В следующую ночь опять явился ему Ангел и сказал:
 
- Ступай в город, Амфилохий, и паси овец, которых вручает тебе Бог.
 
Но Амфилохий и на этот раз не послушал Ангела, думая, что явление его есть обольщение злого духа: "и сатана, подумал святой, иногда может преобразоваться в светлого Ангела". В третью ночь Ангел, явившись к нему, позвал его:
 
- Амфилохий! Встань с постели!
 
Быстро встав, Амфилохий в страхе сказал:
 
- Если ты - Ангел Божий, станем оба на молитву. Преклонивши главу, Амфилохий начал петь: "Свят, свят, свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея". Но и явившийся пел с ним вместе. Затем Ангел взял его за правую руку и повел в бывшую неподалеку церковь, двери которой сами собою растворились пред ними. Когда они вошли внутрь, Амфилохий увидел яркий свет и множество мужей в белых одеждах, которые взяли его, привели к алтарю и дали ему в руки святое Евангелие, говоря: "Господь с тобою!" Один же из них, по-видимому, старший, громко провозгласил: "Помолимся все", и потом сказал:
 
- Святая благодать поставляет брата нашего Амфилохия епископом города Иконии; помолимся за него, чтобы благодать Божия была на нём.
 
После молитвы все, простившись с Амфилохием, стали невидимы, а сам он стоял, удивляясь чудесному видению и своему странному посвящению во епископы, и молился Богу, поручал себя Его святой воле. Как только начало рассветать, он вышел из церкви и отправился в свою пещеру. И вот, на пути его встретили семь епископов, собравшихся из окрестных городов в Иконию для избрания и поставления епископа этому городу. Им было повеление от Бога отыскать черноризца Амфилохия. Вышедши из Иконии, они всюду искали его и, встретив, наконец, его, спросили:
 
- Не ты ли Амфилохий? Говори нам правду, ибо всякая ложь - от лукавого.
 
- Я - грешный Амфилохий, - смиренно ответил он им. Они с честью повели его в храм, чтобы хиротонисать, но он сказал им:
 
- Если Бог благоволил, чтобы я, недостойный и грешный, был указан вам для избрания в епископы, то не должно уже мне скрывать и умалчивать далее о Его чудесных делах, напротив, мы непременно должны объявить о них и за всё воздать славу Богу.
 
И святой Амфилохий рассказал им всё с самого начала о том, как он ночью в видении был посвящен во епископы. Выслушав его, епископы изумились и возблагодарили Бога за чудесное посвящение Амфилохия и уже не осмелились вторично посвящать его, но, поклонившись ему с почтительностью и с любовью облобызав его, посадили его прямо на архиерейском престоле (в царствование Валентиниана и Валента)."
 
 
 Как видим, Ангелы возвели Амфилохия за один день сразу в епископский сан, минуя все промежуточные степени. Собор 7 епископов утвердил такое посвящение. Признано оно и всем Преданием Православной Вселенской Церкви, хотя полностью расходится, так сказать, с "теорией" канонов... Что-бы сказали на это современные гарячие головы - "супер канонисты", случись подобное в наше время?!
 
 
 
 Итак, заканчивая свой доклад, предлагаю практические выводы из всего выше сказанного, для руководства в пастырском делании:
 
1. Всё, что связано с канонами и Церковью - должно являть миру Христа. Не логическое обоснование и юридическое удовлетворение, а применение лекарства Христова - это и есть принцип понимания канонов и их применения, потому что единственная цель канонов и надлежащего порядка в Церкви — привести обратно заблудшую овцу, исцелить "укус змеи", спасти человека, а не отталкнуть.
 
 2. Основной смысл слова "икономия" в контексте канонов обозначает обязанность церковных руководителей решать церковные вопросы согласно с Божиим замыслом - домостроительством о спасении мира, точнее - в духе Божиего человеколюбия, Божией премудрости и Божией воли о спасении человека.
 
3. "Икономия", как церковное созидание, домостроительство, есть основная задача канонических правил, т.е. не есть средство, а цель канонов.
 
Из такого созидательного понимания "икономии" вытекает, что отступление от учения Церкви (догматов), от Истины в соображениях икономии невозможно, т.к. умаление, разрушение фундамента Церкви,- Истины - противоречило бы основному значению икономии, - созиданию.
 
4. Важно помнить, что церковной акривии, в православном понимании, исходя из святоотеческого подхода и истории Церкви, противопоставляется не икономия, а церковный обычай, - ради икономии. Иначе, в обычае церковном, допускается отступление от буквы канонических предписаний, ради того церковного созидания, домостроительства, икономии, которой занимаются пастыри Церкви.
 
5. Всё церковное устройство тесно связано с понятием икономия в святоотеческом смысле. Поэтому применять правила не буквально, когда этого требует церковное домостроительство, икономия, принадлежит власти епископской.
 
6. "Предусмотрительность" пастыря, ведущую не к приобретению или созиданию, но к разрушению или умалению Церкви, икономией в святоотеческом смысле назвать нельзя. Итак, мы, православные пастыри должны стараться вывести из уз греха всех тех, кого ещё возможно вывести. 
 
7. Поэтому православному пастырю следует твёрдо знать и постоянно помнить, что церковные правила не налагают прещений сами по себе, но приводятся в действие законной церковной властью, пользующейся канонами, как средствами для душевного врачевания, и что, следовательно, канонично то, что служит спасению души. Поэтому во избежание сложных ситуаций, священник должен по всем спорным вопросам обращаться к архиерею, а не творить самосуд и самочиния на приходе, чтобы "не потопить и то, что спаслось от потопления!", по словам преподобного аввы Антония.
 
 
И последнее. О том, как мы должны подходить к изучению Церковных канонов. Предлагаю небольшую выдержку из одной статьи, которая мне понравилась, на эту тему: "Занявшийся канонами и церковным правом священнослужитель, обнаружив, какая сокровищница открылась перед ним, должен понять, что путь канониста - это путь, если хотитете, кладоискателя. Обнаружив карту спрятанных сокровищ, он отправляется в путь, в исследование источников и памятников, в анализ канонических предписаний и судебных решений, в сопоставление фактов и казусов с догматическим и историческим контекстом. Только такой путь и возможен при поиске того ключа к канонической сокровищнице, который именуется — mens legislatoris, «намерение законодателя», которое объяснит, как, наконец, добраться до чаемого всеми канонистами пристанища, так четко выраженного императором Юстинианом Великим: «Среди всех дел нельзя найти ничего столь важного, как власть законов, которая распределяет в порядке Божественные и человеческие дела и изгоняет всяческую несправедливость». Итак для адекватного понимания «намерений законодателей» церковных правил и для верного их применения, необходимо углублённое, постоянное изучение Священного Писания, истории Церкви и Византии, знакомство с нравственным и пастырским богословием и правильная духовная жизнь во Христе.
 
(доклад прочитан на Пастырском Совещании Болградской епархии 9/22.02.2010 года)
 
                                                             
 
                                                                 + Епископ Георгий
 
Источники:
 
1.Библия
 
2. Послание Св. Игнатия к Ефесянам, 18, 2. В: Βιβλιοθηκη Ελληνων Πατερων και Εκκλησιαστικων Συγγραφεων, Εκδ. της Αποστολικης Διακονιας, Αθηναι 1955, Τ. 1, σ. 267.
 
3. I Всел. Собор 12; Афанасия Великого 3; Василия Великого 1 и 74; Григория Нисского 8; IV Всел. Собора 16; Трул. 88 и 102 и др.
 
7 Правила Святых Вселенских Соборов с Толкованиями. Издание Московского Общества любителей духовного просвещения, -М. 1877, с. 611-612.
 
4. См. и 8-е правило св. Григория Нисского, в котором св. отец послабление называет обыкновением, συνηθεια.
 
5. Metallinos George Protopresbyter, I Confess One Baptism…, Holy Mountain 1994, p. 109: “And Neophytos, relying on Canon CII of Panthekte, also notes: «For it says we need to know both, the ways of acrivia and the ways of custom…not only for the penitent, but also, as has been shown, for those who convert from heresy»”.
 
6. ЕвсевийПамфил, De laudibus Constantini, PG 20, 1440A.
 
7. ЕвсевийПамфил, Ecclesiasticae Historiae, PG 20, 308C.
 
8. Lampe, pp. 942-943: “prudent handling of any matter; discretion; manoeuvre, stratagem involving ‘pious deception’…”
 
9. Ориген, ΚαταΚελσου, ΒιβλιοθηκηΕλλ., Τ. 9, σ. 114. Перевод докладчицы.
 
10. Творения Св. Иоанна Златоуста, Беседа XXII на первое послание к Коринфянам, Спб 1904, т. Х, с. 216; PG, 10, 195A.
 
11. Фасмер М., Этимологический Словарь Русского Языка, -М., т. II, с. 89.
 
12. Подробнее о силе обычая в Церкви см. 91-е пр. Василия Великого.
 
13. “Die Dispens ist ein hoheitlicher Akt, der die Verpflichtungskraft eines Kirchengesetzes zugunsten einzelner Personen od. bestimmter Personenkreise aus besonderer Veranlassung teilweise od. vorübergehend aufhebt“. Buchberger M., Lexikon für Theologie und Kirche, herausg. Von J. Höferund K. Rahner, Verlag Herder, Freiburg 1986, B. 3, S. 419.
 
14. См. 7-ое пр. II Всел. Собора, 1-ое пр. Василия Вел.
 
15. Жития святых. Св. Димитрия Ростовского.
 
16. Святитель Иоанн Златоуст.
 
Беседы на Еванг. от Иоанна. Том 2. стр. 986. Издание 1993г.
 
17. Святитель Иоанн Златоуст.
 
Толкование на Послание к галатам, гомилия IV, 19.
18. СА, Архиерейский Собор РПЦЗ, 1956 г., Протокол № 15, 6/19 окт., с. 10
19. Статьи современных авторов, на тему: "Каноны и современность"
 
  ПОСЕТИЛО 45103 посетителей (93238 хитов) здесь!  
 
=> Тебе нужна собственная страница в интернете? Тогда нажимай сюда! <=